Русская Община

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта
Начало Духовно-идейные основы Беседы из книги «Русский ковчег в Австралии» с Петром Ивановичем и Елизаветой Ильиничной Метленко

Беседы из книги «Русский ковчег в Австралии» с Петром Ивановичем и Елизаветой Ильиничной Метленко

E-mail Печать

 

Если Господь и земля – это все одно,

то как мы можем Господа Бога гневить...

Диакон Петр Метленко

Вера – это большое богатство в человеке.

Пускай вера в Господа поможет.

Е.И. Метленко

 

Здравствуйте, давайте познакомимся. Как Вас зовут?

П.И.: – Петр Иванович и Елизавета Ильинична Метленко.

Расскажите, пожалуйста, о себе.

П.И.: – Я был дьяконом в Успенском храме в Мельбурне. Служил там много лет. Сейчас по возрасту и по болезнина пенсии. А приехали мы вместе с женой из Мельбурна в медицинский центр для пожилых людейобщество Сергия Радонежского, в городок Каброматту. Каброматта находится примерно в тысяче километров к северо-востоку от Мельбурнаближе к городу Сиднею.

Давно это общество Сергия Радонежского существует?

Е.И: – Наверное, лет 50-60. Я точно не знаю, потому что мы не здешние, мы мельбурнские. Петр Иванович служил в храме в Данденонге. Потом у него произошел удар. И он не может читать. Если, например, одно имя он может прочитать, а если целое предложениеон не может читать. Потом у него сели ноги, коленки. Я сюда попала, не ходила год. Сейчас я стала ходить. Ну, как ходитьтакая специальная рама. Я с ней хожу. Сегодня я сделала 2016 шагов.

– А родом Вы откуда, Петр Иванович?

П.И.: – Мать украинка. Дедушка тоже оттуда, купец, у него было три магазина. Когда пришли коммунисты, все, конечно, отобрали.

Сколько лет Вам, Петр Иванович?

Е.И.: – Сейчас ему 75.

Вы давно уже здесь?

Е.И.: – Он несколько месяцев здесь.

– А Вы?

Е.И.: – Я здесь уже два года уже. Третий год пошел.

Он Вас навещал?

Е.И.: – Он навещал. Но сейчас дети работают. Он дома один. Некому за ним смотреть.

Ну, вот теперь вы вместе.

Е.И.: – Да, сюда приняли.

Скажите, а какие здесь условия?

Е.И.: – Да, нормальные. Доктор приходит, обследует. Сестры выдают лекарства. Массаж есть. В общем, делаем разные гимнастики.

Елизавета Ильинична, а здесь есть с кем поговорить? Люди вашего возраста по-русски говорят?

Е.И.: – По-русски говорят. Я хорошо говорю по-английски. Я уже 50 лет в Австралии. Он 51 год.

– А Вы переехали, видимо, после Великой Отечественной войны?

Е.И.: – Да. Наши перешли границу в 1919 г. Маму мою привезли бабушка с дедушкой, 2 годика ей было.

Откуда?

Е.И.: – Из Забайкалья.

– В Китай, да?

Е.И.: – Да. А потом, когда она выросла, замуж вышла, там русских очень много было. Там жили лет сорок. В Хайвары. Недалеко возле Хайвара. А потом сюда стали принимать. Ну, мы тогда сюда оформились и переехали сразу. У меня большая семья. Пять сестер и три брата. Все они в Мельбурне. Все женаты. Все имеют детей. Ну, вообще, Австралия – это молодая страна. Ну, Слава Богу, мы здесь нашли приют.

Да. А дети приезжают к Вам?

Е.И.: – Ну, конечно. Сын у меня здесь в Сиднее. Женатый, трое детей у него. Он священникотец Даниил. Он служит в Сентенниал Парк. Дочь моя в Канберре на государственной службе работает. Еще один сын, старший, тоже в Мельбурне остался, у отца Даниила там живет.

Отец Петр, Вас кто-нибудь из священников навещает?

Е.И.: – Навещает. Часто навещают.

– У Вас большой стаж священнической деятельности?

Е.И.: – Да. Он был дьяконом 25 лет.

– Вам удается исповедоваться и причащаться?

П.И.: – Да.

Е.И.: – Да, у нас есть часовня. Есть церковь внизу.

Пенсию Вам своевременно выплачивают?

Е.И.: – Да.

Вы сейчас на полном государственном обеспечении?

Е.И.: – Я – да. Потому что меня нужно было лифтом поднимать. Он ходит понемножку. Вообще, государство это оплачивает.

– Вот эта коляска у Вас государственная?

Е.И.: – Нет, это сами купили.

Вы с ней сами управляетесь?

Е.И.: – Да, я сорок лет управляла машиной. Это пустяк. Бибикает.

– А выходите с рамой?

Е.И.: – Да, такая специальная рама на колесиках. Я упираюсь локтями и хожу.

– А сколько раз здесь кормят?

Е.И.: – Утром завтрак. Желающие, например, яйца, хлеб, какую-нибудь кашу, хлопья. В 10 часов у нас чай разносят всем. А в 12 часов мы обедаем. Нам подают суп, второе, сладкое, чашку чая. В 2 часа чай. В 5 часов мы ужинаем: суп и что-то на горячее. В 7 часов привезут чашку чая. И тогда уже восвояси в кровать.

Елизавета Ильинична, поддерживаете ли Вы отношения с Россией?

П.И.: – Родственников уже половина России.

Е.И.: – Родственников много было. Но они уже ушли. Много было родственников: и тети, и дяди. Мой отец из Читы. А мама из Забайкалья.

Скажите, а к Вам кто-нибудь приезжал из России из родственников?

Е.И.: – Ну да, приезжали. С его стороны особенно. И тетя, и двоюродные братья.

Скажите, у Вас есть ощущение, что Австралия стала Вам родиной?

Е.И.: – Ну, конечно, стала. Здесь 50 лет живем.

П.И.: – Два раза был в России. И так хотелось бы съездить навестить кого-нибудь.

Е.И.: – Ну, сейчас уже смысла нет, если был бы молодой.

Тяжело туда добираться.

П.И.: – Не тяжело. Нужно привыкнуть.

Е.И.: – Двоюродная сестренка находится в России. Может, лет 15-20. В Воронеже.

– Как фамилия сестры в Воронеже?

Е.И.: – Саморукова. Зинаида Саморукова – это его двоюродная сестра. У нее уже дети там – три сына и дочки.

– А они не выглядели странно, потому что они так долго жили в Австралии, в Китае и уехали в Россию? Вы смогли бы так?

Е.И.: – Нет.

Почему они уехали?

Е.И.: – Не знаю точно. У нее была жива родная сестра, когда она уехала туда. Две сестры и брат. Теперь уже все умерли.

П.И.: – Только племянники остались.

– Вас удивило, что они сделали так?

Е.И.: – Конечно. Но что сделаешь, это их выбор. Мы не могли ничего сделать.

Вы, наверное, и не пытались ничего сделать?

Е.И.: – Нет, мы не пытались. У них был такой путь, что нельзя было их свернуть нечем. Уже многие уехали отсюда.

Скажите, они довольны, что уехали?

Е.И.: – Говорят, что вроде бы довольны.

П.И.: – Ну, конечнохотели приехать.

Е.И.: – Дети родись здесь. Может быть, когда-то и приедут.

Елизавета Ильинична, а у Вас нет такой тяги на родину, скажем так, чтобы дети вернулись в Россию?

Е.И.: – Нет. Дети здесь закончили школы. Они имеют хорошую работу. Моя дочь работает на государственной работе. Они грамотные, все говорят на английском языке.

Жизнь заново придется начинать.

Е.И.: – Да, заново начинать. Как вот из России приезжают сюда, заново все начинают. Ведь это тяжело. Немолодые начинают. Опять же, учат английский язык.

То есть, тот опыт Саморуковой Зинаиды, Вы считаете, что это неприемлемо?

П.И.: – Наши родители прожили уже 30 лет в Китае. Отец прожил здесь 20 лет тоже. Несмотря на то, что мы жили в Китае, у нас чувство осталось русское.

Е.И.: – Мы учились в русских школах.

П.И.: – Русская школа, гимназия, церковь и культура. Приехав сюда, мы автоматически соединились с австралийцами, но тут оказалось все русское, и церковь…

Здесь была все-таки русская диаспора? И жили рядом, одним районом?

Е.И.: – Да-да. Много русских. Очень много.

П.И.: – Да. Я приехал с Западного Китая, а она с Восточного.

– А Вы поженились здесь?

Е.И.: Здесь.

Давно Вы женаты?

Е.И.: Мы женаты уже 48 лет.

Ну, почти золотая свадьба.

Е.И.: – Скоро.

Скажите, а вот в этом заведении несложно было привыкать? После своего дома, своего хозяйства?

Е.И.: – Ну, конечно, сначала  было тяжело. Теперь уже как-то привыкли.

П.И.: – А Вы в церкви были?

– Ну, конечно, в Данденонге. И в монастыре был два раза.

Е.И.: – В мужском монастыре, у отца Алексея?

– Да. А позавчера поздно мы приехали. Были в монастыре у матушки Марии, но матушки Марии сейчас нет. Вместо нее матушка Евдокия. Мы переночевали, и гостеприимно нас приняли. Я готовлю книгу о наших соотечественниках, которые живут здесь. О судьбах людей.

Я вообще военный журналист на пенсии. Меня пригласили в Австралию. Меня никто не обязывает писать книгу. Это мое личное желание, о наших людях рассказать. Ведь в России мало кто об этом знает.

П.И.: – Видите, сейчас очень свободно стало. Можно легко куда-то поехать. Я и Америке был, в Канаде был.

– И, наверное, на Святой Земле были?

Е.И.: – Да. Были перед Пасхой. Когда благодатный огонь сходил. В Великую Субботу. Да, мы очень много объехали – 11 городов.

– Елизавета Ильинична скажите, а что для Вас, вашей семьи вера Православная?

Е.И.: – Она у нас на первом месте.

П.И.: – Основа.

Е.И.: – Наши семьи были верующие, так нас и воспитали. А мы уже своих детей. Сын у нас окончил семинарию. Теперь он отец Даниил. Там в Америке семинария у нас была, в  Джорданвилле. Ну, потом он женился на русской американке. Мы ездили на свадьбу. И они сюда переехали. Так что уже лет 20 здесь они в Сиднее. Он приехал уже дьяконом оттуда.

– Как приход у него называется? Он настоятель храма?

Е.И.: – Храм Владимирской иконы Божьей Матери. (На самом деле церковь святого равноапостольного князя Владимира). Этой церкви 75 лет.

– Служба идет на русском языке?

Е.И.: – На церковнославянском.

П.И.: – «Отче наш…», «Верую…» поют и по-английски, и по-русски.

– Петр Иванович, а Вы участвовали в службах, которые сын проводил?

П.И.: – Конечно.

– И как дьякон участвовали?

П.И.: Да-да.

– А вообще, удивительно и радостно было знать, что сын священник, а вы дьяконом у него служите?

Е.И.: – А Вы знаете, у него дядя, сын был дьяконом много лет. Потом он уехал в Америку. Теперь уже, конечно, его нет. По-видимому, так идет из рода в род.

– Можно сказать, что священническая династия. Скажите, Елизавета Ильинична, как ваша фамилия в девичестве?

Е.И.: – Елькина. Я же говорю, была Елка, а вышла замуж – стала Метелка.

– Очень русская фамилия. Да, это у Вас такие шутки.

Е.И.: – У меня папа был шутник. Так что у меня все время так. Перешло отцовское.

– Петр Иванович, скажите, дружно Вы прожили? Вы уже 48 лет вместе. Или бывало что-то?

Е.И.: – Ну, бывали иногда разногласия на счет детей. А так больших ссор не было.

– Скажите, все-таки Вы главный в семье или ваша матушка?

П.И.: – Одинаково.

– Равноправие у Вас.

Е.И.: – Да, но большинство я делала.

П.И.: – Особенно, когда была работа у меня. Все она делала. Почему? Потому что я всегда занятый.

Е.И.: – Он работал всегда днем, а я после обеда. Поэтому мне приходилось везде лётать. Самый главный контроль, деньги-то под моим крылом были.

– Скажите, в Австралии Вы жили хорошо материально? В достатке?

Е.И.: – Неплохо. Он приехал, в 1964 году дом купил. Тогда деньги были другие, тогда были фунты.

Работали мы, конечно, двое. Потом купили два блока, выстроили дом. Девятнадцать лет прожили в нем. Потом он очень был большой для нас. Дети выросли. Один уехал в Америку учиться, другая тоже по работе. Пришлось нам этот дом продать. Другой, меньше выстроить. Ну, выстроили, пришлось пожить. Лет 15 нашему второму дому. Потом случилось, что я не смогла ходить. С ногой у меня было.

– Давно случилось?

Е.И.: – Уже 2,5 года.

П.И.: – А Вы были в Русском центре в  Данденонге, в зале?

– Я был там. Меня привозили показать, он пустой был.

Е.И.: – Первый дом от зала как раз наш, и второй дом бывший наш. Сразу здесь два дома были кирпичные такие.

– Там еще школа есть.

П.И.: – И рядом наш дом.

– Меня возил, может, Вы знаете, Солодченко Владимир Петрович.

Е.И.: – Знаем, знаем. Потом у него где-то там дом недалеко. А сейчас они купили там подальше. Километров за 30-ть от того места.

– Скажите, пожалуйста, Петр Иванович, наверное, Вы работали еще где-то, помимо этой работы?

П.И.: – 44 года отработал в Американской PrintingCompany(выпускающая компания).

Е.И.: – Там печатались открытки пасхальные, рождественские, с именинами поздравлять.

– То есть, Вы были полиграфистом?

П.И.: – Да.

Е.И.: – Вот, например, открытка: золотыми или серебряными буквами написано: «Поздравляем». Вот это его работа была – печать.

– Ведь для этого надо было знать английский язык?

Е.И.: – Да, он все записывал, понимал их немножко, но школу не заканчивал.

П.И.: – Понимаете, там язык не нужен был. Там главное, нужно было знать температуру.

– То есть, Вы были техническим работником? Надо было нажимать кнопки, заливать краску?

Е.И.: – Знаете, там не нужно было заливать краску. Там были ленты золотые и пресс. Они под прессом проходили и оставляли на открытках краску.

– Так называлась накладная термопечать. А Вы где работали?

Е.И.: – А я там же, где и он работал. После обеда мы паковали открытки, свертывали, считали. Паковали, паковали, паковали.

– Как Вы нашли эту работу? Вы же в Китае не были полиграфистом.

Е.И.: – Когда мы в Австралию приехали, нас с удовольствием принимали. Рабочих было мало в Австралии. Хотя мы плохо говорили. Покажут, что нам делать. Мы делали. Постепенно-постепенно мы развивали английский язык. Потом они хотели, чтобы мы ходили в школу. Мы, конечно, старались ходить в школу после работы. А потом научились.

– Вы и детьми занимались. Были у вас декретные отпуска?

Е.И.: – Ну да. Он работал с 6-ти до 15-ти. А я после обеда. С двух до 23-х. Я детей в школу отправляла, а потом ехала туда. Он заканчивает, в 3 часа едет. Там старушка смотрела за детьми 2 часа. Он детей забирает и домой везет. А я уже на работе. Так делали.

– То есть подменяли друг друга. Правильно сказать, семейный подряд. Скажите, а как Вы решили построить свой дом? У Вас хватило средств или Вы взяли кредит?

Е.И.: – Во-первых, мы работали оба. Копили. Потом немножко занимали, перезанимали. Да и в банке занимали. Старались по ресторанам не ходить. И кушать сами делали всегда.

– Был ли у Вас огород?

Е.И.: – Он всегда садил огород. Из животных у нас только куры были.

– Это в Данденонге Вы жили?

Е.И.: – В Данденонге, да.

– Детей приучали с самого детства.

Е.И.: – Конечно, приучали и детей.

– В храм Успения Пресвятой Богородицы ходили всей семьей?

Е.И.: – Ну, конечно, ходили все. По первости, мы имели дом и гараж, негде было молиться. В гараже у нас была церковь, 4 года. Он 10 лет был старостой. Потом он пошел к регенту в  Мельбурнском соборе. Он окончил семинарию. Он преподавал моему. Он это все изучал, все писал. Потом его рукоположили. Он был дьяконом.

– Мне хотелось бы спросить, ваш дом там все стоит?

Е.И.: – Да, он сейчас сдается.

– Вы детям помогаете?

Е.И.: – Нет. Деньги оттуда идут на мое лечение здесь.

– Вам приходится и пенсию свою здесь оставлять и еще доплачивать?

Е.И.: – Да-да.

– Скажите, а медсестры здесь доброжелательные?

Е.И.: – Неплохие. Staff(персонал) здесь неплохой. Доброжелательный.

– Сейчас вечерами вы здесь вдвоем?

П.И.: – Я жил с сыном, отцом Даниилом.

– Все-таки, Слава Богу, что Вы вместе. Рядышком всю жизнь прожили и сейчас надо быть вместе.

Е.И.: – Ну да.

– Дети тут рядом и здесь у Вас, в общем-то, достойное обслуживание. И медицина тут нормальная.

Е.И.: – Сестра все лекарства разносит нам.

– Телевизор есть у Вас в комнате?

Е.И.: – Все есть: и телевизоры, и кондиционеры, которые охлаждают.

– А есть передачи на русском языке?

Е.И.: – Да, три канала на русском языке.

– Вы также на английском смотрите, все понимаете?

Е.И.: Ну, смотрим иногда, не всегда, но смотрим.

– Мне бы вот о чем хотелось спросить, бывают ли здесь какие-то концерты?

Е.И.: – Да, приезжают. Иногда поют, иногда играют. Русские песни, певцы, игроки.

– Есть у вас телефоны мобильные? Детям позвонить.

Е.И.:  – Да, есть телефоны. 

– Есть что почитать?

Е.И.: – Да, есть библиотека. Есть что читать, есть чем заниматься. Например, я делаю бусы, пазлсы делаю.

– Пазлы их называют. Вот Вы собрали такого льва. А потом что Вы будете делать?

Е.И.: – А потом мы будем делать на клей, прицеплять пластик.

– Вот вижу Собор Василия Блаженного. Это некий кусочек – лев. Тут, я вижу, у Вас подсолнух. Тут у Вас пейзаж какой-то. Это очень здорово.

Е.И.: – Ну, слаживаем потом, значит, клеим. И сверху пластиком затягиваем, чтобы не рассыпалось.

– А потом это куда идет?

Е.И.: – А вот здесь строят трехэтажные здания. Сказали, что картины не будут покупать. Эти работы, значит, в рамку, и развешивать.

– А вот эти пазлы из бисера?

Е.И.: – Из этого мы хотим выставку сделать. Я это делаю.

– Вот это, мне думается, можно выставить на продажу.

Е.И.: – Ну да, мы хотим выставку сделать, а потом хотим продать.

– Очень красиво.

Е.И.: – А здесь я цветок делаю. Вот такой цветок хочется сделать.

– Какая Вы мастерица, я вижу. Это же требует кропотливого труда.

Е.И.: – А потом, кроме этого, я очень много вяжу. Шапочки, шарфы навязала девчонкам.

– У Вас внуки есть?

Е.И.:  – Пятеро внуков: у отца Даниила – трое (два внука и внучка), а у моей дочки – две внучки.

– А они навещают Вас?

Е.И.: – Навещают.

– Имена русские у деток?

Е.И.: – Старший – Андриан, второй – Иустин, а девочка – Эмилия. А у моей дочки – старшая Ульяна, а вторая – Анастасия.

– Скажите, были у Вас какие-то скорби в жизни?

Е.И.: – Ну, конечно, у нас были. У нас сын родился. Ему было 5 месяцев, он заболел менингитом. И его парализовало. И он никогда не ходил. Ему 48 лет.

– А где он сейчас?

Е.И.: – Он в Мельбурне. Он не хочет сюда ехать.

– Он в больнице?

Е.И.: – Нет, там есть такой же дом. Только там 5 их. За ними ухаживают. Руки у него без действия. Ртом он ездит на will-chair(кресло-коляска).

– Как его зовут?

Е.И.: – Иван, Ваня.

– Это первенец ваш?

Е.И.: – Да, мой первенец. Так что на всю жизнь это досталось.

– Помоги, Господи.

Е.И.: – Спасибо.

– Вы, наверное, это очень тяжело пережили?

Е.И.: – Вы знаете, было дело. Но что ж сделаешь.

– Но Господь помог, видимо, Вы молились.

Е.И.: – Да. Слава Богу!

П.И.: – Мы постепенно к этому привыкли.

Е.И.: – Ему 48 лет. Мы часто звоним туда, он звонит сюда. Он не говорит. Я ему говорю: «Ваня, как ты? Хорошо здоровье?» Он отвечает: «А». Я говорю: «Ты болел или нет?» Он молчит. Я говорю: «Не болеешь?». Он говорит: «А». Значит, нет. Я его понимаю, он меня.

– То есть, у Вас свой язык?

Е.И.: – Да. 20 лет мы за ним ухаживали сами. Потом я пошла на операцию срочную. Отец Даниил поехал в семинарию учиться. Пришлось Ваню пристраивать. Радости и скорби – все было.

– Какие у Вас были взаимоотношения с вашими родителями?

Е.И.: – Они жили в Мельбурне у нас. Хорошо, у нас большая семья была. В 1962 году мы приехали, а отец в 1969 году умер.

– А как звали вашего батюшку?

Е.И.: – Илья Андреевич. А мама была Марианна Георгиевна.

– Очень русские имена.

Е.И.: – Моя бабушка была княжеского происхождения. Когда мой дедушка пришел свататься, ей сказали: «Ты же княжеского происхождения, зачем ты за казака хочешь замуж выйти? У казаков кроме плетки да коня ничего нет». Он все равно взял. А потом начались разногласия военные. И они быстро в Китай перебежали от советской власти. Там у нас и гимназия на русском языке была. И доктора, и священники очень многие перешли.

– Там и раскулачивание было. Да что там, людей убивали без суда.

Е.И.: – Убивали. Там не спрашивали, чей ты, откуда, в лоб тебе пуля и конец. У моей бабушки было шесть братьев. Они были у царя военные. Когда моя бабушка с дедушкой перебежали, а тех всех постреляли. Один только скрылся.

П.И.: – А как Вы смотрите на советскую власть?

– Ну как я на это смотрю. У меня два деда репрессированы, были уничтожены. Я плохо смотрю на это.

П.И.: – Ну а сейчас в России как смотрят на это?

– С осуждением смотрят. С большим осуждением. Миллионы людей были уничтожены. Мою родню по отцу из Саратовской области (дед был мельником) раскулачили и сослали на Урал. Моя бабушка по материнской линии осталась с тремя детьми одна. Деда репрессировали, он умер от дизентерии на стройке Беломорканала. Ужасное было время. Сейчас на это смотрят, конечно, по-другому.

П.И.: – Теперь не боятся так говорить?

– Не боятся. Я думаю, что времена другие наступили. И помимо всего прочего, сильное влияние имеет Церковь русская.  Она является большим нравственным авторитетом и оказывает влияние на все органы власти.

Е.И.: – Ну, Слава Богу.

– Но что я хочу сказать, что в России еще очень много проблем. Одна из них очень серьезная – это коррупция. Воровство, по-русски говоря. Чиновники очень много воруют. А чтобы это побороть, требуются какие-то колоссальные силы. Потому что вертикаль власти сверху донизу, снизу доверху вся забита этими чиновниками. Поэтому очень сложно все это преодолеть. Мне думается, что для этого потребуются еще многие годы. А ведь в Австралии нет коррупции?

Е.И.: – Бог их знает. Может и есть.

– И Вам не приходилось за всю жизнь давать взятки?

Е.И.: – Нет. Никогда не приходилось. Для нас было это немножко странно. Мы всегда платили таксу государственную. В конце года заполняли декларацию. Если мы переплачивали, нам возвращали.

– Скажите, а за пожилыми здесь хорошо ухаживают?

Е.И.: – Да, хорошо заботятся.

– Ну, Вы вот говорите, что приходится сдавать дом, чтобы оплачивать лечение?

Е.И.: – Когда строили на деньги беженцев, теперь государство вникло. Оно тоже дает теперь. Дает деньги. Государство нам выплачивает пенсию. Но пенсии иногда недостаточно. Пока я не ходила, государство добавило мне пенсию, чтобы все мне оплачивать самой. А вот кто ходит, должны свои средства иметь. Как мы свой дом сдали, теперь эти деньги сюда вкладываем. Но все равно это лучше, чем в России живут бедные.

– Ну, конечно. И духовно вы все-таки здесь лучше живете. Батюшки приходят к вам. Сербские батюшки здесь служат. Здесь очень много сербов.

П.И.: – Два дня назад здесь дед умер. Сразу пришли его отпевать.

– Молитесь Вы, наверное, постоянно?

Е.И.: – Ну, конечно. Утром встаем, правило читаю я. А он слушает. Когда он приходит, я начинаю еще до завтрака читать. Я прочитаю, помолимся, а потом идем на завтрак.

– То есть, у вас есть распорядок.

Е.И.: Да-да. Перед едой помолимся. Потом в обед приходят девчата. Они читают «Отче наш». Перед обедом и перед ужином читают. Все, кто может встать – встают, тот, кто не может – сидит.

– Это ведь не важно, кто читает. Главное, чтобы Господь слышал молитвы.

Мне вот все-таки интересно. Насколько Вы здесь чувствуете русский дух? В основном же говорите на русском языке.

П.И.: – Сейчас в окружении церкви половина русских и сербы, но и они тоже говорят по-русски. И батюшка два раза приходил сербский.

Е.И.: – Каждый месяц батюшка служит.

– Как его зовут?

Е.И.: – Не знаю. Раньше у нас был отец Николай. Никола. А сейчас другой у нас.

– Наверно, просто батюшка, отче зовите, да и все.

Е.И.: – Потом отец Борис приезжает. Проводит иногда молебен, иногда причащает.

– Скажите мне, все-таки значительная часть жизни уже прожита, как Вы считаете, получилась у Вас жизнь? Ведь Вы дважды получились, собственно говоря, иммигрантами. Китай, из Китая в Австралию. Есть ощущение, что цельная жизнь? Воспитанные дети, внуки…

Е.И.: – Слава Богу за все.

– Не сердитесь Вы, что некие испытания были Вам ниспосланы?

Е.И.: – Бог наказывает. Например, что мы идем исповедоваться, нас причащают. Господь нас наказывает, чтобы мы вразумлялись и каялись. И эту болезнь, как это сказать, Господь ниспослал.

П.И.: – Если земля и Господь – это все одно, то как мы можем Господа Бога гневить. Простите, я больше не могу сказать. Вы поняли смысл?

– Да, я понял.

П.И.: – Будете всегда в этом духе и вспомните меня.

– Конечно, Петр Иванович. Мне очень важно было это услышать от Вас. Чтобы Вы хотели сказать своим соотечественникам? Тем, кто живет в России и живет, может быть, хуже. Что Вам больше всего помогало в жизни и что Вы, может быть, пожелали им?

Е.И.: – И знаете, очень многим помогал Господь. Как-то надеялись на Него, и думали, что будет легче.

– Вера, Церковь, да?

Е.И.: – Вера, церковь, друзья. Главное сказать, что в такую, как это сказать, минуту не оставляли нас. Слава Богу! Ну что я могу сказать, вера – это большое богатство в человеке. Пускай вера в Господа поможет.

П.И.: – Но все равно Воскресенье будет общее. По всей земле.

Е.И.: – Простите, а когда Вы подошли к церкви?

– Вы знаете, в 1990-х годах. Я крещенный в младенчестве. А воцерковление началось  в 1990-е годы. Где-то порядка около 20 лет назад.

Я хотел еще Вас спросить, в завершение, вот приближается 50 лет вашей семейной жизни. Как вы поженились, как вы встретились?

Е.И.: – А вы знаете как, когда они приехали в Данденонг. Они приехали из Северного Китая (Хайнане), а мы из Пекина. Все мы молодые девчонки были. У нас было много девчат, у них было много ребят. Мы так съехались в районе. Познакомились. А потом наши ребята говорили, что наших девчат не трогайте. И дрались. И у нас все-таки были молоденькие девчонки, а ребята были уже постарше, по 25 лет. И были у нас разногласия между русскими и этими. В 1965-м году у нас 6 или 8 смешанных свадеб было.

Когда пришли меня сватать, мама моя говорит: «А что это такое? Не наш!» Не наш, то есть не из нашего края. Когда он родителям сказал, они ему говорят: «Так она же не наша!» Они тоже не хотели. Ну, конечно, мы спрашивать не стали. А когда меня сватать пришли, я говорила, что нет, я пойду. А отец сидит и говорит: «Да куда ты пойдешь?! У тебя еще есть старший брат и сестра. Когда они женятся, и ты пойдешь». То есть, по очереди. – Нет, я ждать не буду. А тогда они булку принесли, чтобы меня, значит, сватать. Булку круглую с солью оставили. А потом я слышала, что мама с папой говорили, что ее не отдай, она же уйдет. А мой брат, ему 68 лет. Он только недавно женился. Дожидали его, пока он женится. А потом пост был какой-то. Две недели до поста. Решили обвенчаться.

– Сколько Вам было, когда Вы решили выйти замуж?

Е.И.: – 18 лет мне было. Ветерок в голове ходит. А ему 25 было.

– Все-таки промысел какой-то был. Где Вы познакомились, на танцах?

Е.И.: – На танцах. В церкви он пел в хоре, и я пела. Потом я устроилась на работу к нему.

– Но родители-то примирились?

Е.И.: – Ну да, куда они денутся.

– Я знаю, здесь большие свадьбы бывают. У вас много народу было?

Е.И.: – 100 с чем-то человек. Он тогда уже дом купил.

– Сколько лет Вы работали до женитьбы?

П.И.: – 5 или 6 лет.

– То есть, он Вас привел в дом сразу.

Е.И.: – Ну, конечно, не его дом был. Общий, родители там жили. А потом постепенно-постепенно...

– А дом тот, что в Данденонге?

П.И.: – Нет, другой, рядом.

Е.И.: – Недалеко возле церкви первый дом был.

– Я очень вам благодарен за эту беседу. От всего сердца желаю вам здоровья и благополучия, долголетия и помощи Божьей во всем.  Спасибо большое, я понимаю, что отнял у вас много времени.

П.И. – Это все на пользу.

Е.И.: – Ничего, ничего. Пойдемте, я покажу комнату, где я живу.

– Ну что, же пойдемте. Интересно очень.

 

Беседовал Вадим Арефьев

 
Loading...

Друзья сайта

Всеправославная социальная сеть

Молодёжный сайт

Баннер ОКВ СкР

Интернет-магазин ДЕЛОКРАТ

Православные МО

Мы в сети

[info]rusobschina в Живом Журнале

Наша группа ВКонтакте


ВЫЖИВАЕМ

Русский образ

14
Image Detail
Русский лес
Image Detail
649
Image Detail
2
Image Detail
s40b
Image Detail

Яндекс цитирования