15.ip-51-83-99.eu

404

Page Not Found

The page you were trying to reach does not exist. Or, maybe it has moved. You can start again from home or go back to the previous page.
Человек длинной воли

Человек длинной воли

Русская община
Печать

 

Год назад погиб лучший командир Новороссии Арсен Павлов — Моторола.

Ровно год назад убит русский герой, лучший командир Новороссии, Арсен Павлов. Моторола…

Сокрушаться, произносить дежурно-страдальческие речи «ушёл не вовремя, до срока», «он столько ещё мог бы сделать» — нельзя, грешно. Он — в отличие от сотен миллионов человекообразных, родившихся только затем, чтобы безвестно сгинуть — своё земное предназначение исполнил.

«Широк человек, я бы сузил», — эта формула великого Достоевского, вложенная им в уста героя «Братьев Карамазовых» в юности вызывала у меня протест и раздражение, ибо вокруг наблюдалась сплошь серая масса, сновали толпы одномерных человекоподобных, о коих можно было сказать лишь одно: «узок человек, я бы расширил…»

Мало встречал я в своей жизни тех, о ком с восхищением и неизбывной благодарностью могу сказать: «Широк человек! Никаких для него нет преград!» Один из них — Арсен.

Почему он так хотел воевать? Ответ обывателя ущербно-примитивен: жажда острых ощущений, стремление почувствовать себя сверхчеловеком, убивать безнаказанно, купаться в лучах славы…

Моторола — подлинный пассионарий, человек длинной воли, с внутренней энергией, перехлестывающей через все психологические и социальные плотины, выросший в бедной семье в лихие, сгубившие миллионы русских людей годы ельцинщины, мог стать антигероем. Но всем существом своим он воспротивился окружающему беснованию, он знал: предназначение его иное — героическое.

В лихие и пустые 90-е Эдуард Лимонов писал: «Наше общество ничего не может предложить молодежи, кроме мрачных обязанностей мента, солдата, пьяного веселья молодого рабочего или мрачной жизни заключенного…» Эту оценку, не будучи знакомым с творчеством Эдуарда Вениаминовича, в разговоре со мной Моторола воспроизвёл почти дословно. Неправедных богатеев, одержимых потребительством крыс в человечьем обличье он свирепо презирал.

Наделённый природным умом и редчайшим в наше время нравственным чутьём он научился себя контролировать, направлять энергию на благо окружающих. Ему было открыто: каждый из нас создан из утрат и несбывшихся надежд, обрести в земной юдоли можно лишь право на героическую смерть и светлую память потомков. У него был только один способ заслужить такое право — стать прославленным воином, и он стал им.

Политики он чурался. На вопрос, каким видит политическое и социально-экономическое устройство Новороссии отвечал: «Не вникаю. Как народ решит. Главное — чтобы все русские жили в одном большом государстве, и не было такого социального неравенства, как сейчас».

Не был Моторола ни романтиком-идеалистом (в отличие от большинства ополченцев первой волны), ни простоватым батяней-комбатом, каким его выставляли публике федеральные СМИ.

Был он в хорошем смысле прагматиком, бойцом, задавшимся целью стать первым во всём, а это предполагало воинскую карьеру и медийную поддержку. Недалёкие соратники и откровенные завистники упрекали его в стремлении к саморекламе и пиару, чуть ли не в звёздной болезни. А командир использовал свою, победами заслуженную славу как инструмент, и только. В отличие от расплодившихся ныне виртуальных героев он за известность и любовь народа платил собственной кровью.

По опыту чеченской кампании он знал: чем известнее подразделение — тем больше страха испытывает противник, а это значит, что победы можно достичь с меньшими потерями. Чем выше звание и влияние — тем легче решать проблемы снабжения, вооружения, обучения своих бойцов и больше пользы можно принести им и обществу в целом.

Моторола единственный в моей жизни человек, который полностью соответствовал формуле идеального руководителя, был тем, кто при минимуме противоречивой информации в меняющихся обстоятельствах любой степени сложности способен в кратчайший срок дать поведенческий максимум — руководство к действию для себя и подчинённых, обеспечивающее достижение цели.

Рассчитывая умалить славу лучшего, непобедимого командира Новороссии, убили его подло, не в открытом сражении. Они просчитались: убить можно только того, кто не жил в высшем смысле, не слился с душою народа. А командир, оставшись в нашей памяти, продолжает воевать.

С войны возвращаются только трусы да мёртвые. Живые навсегда остаются в бою, их — живых — всегда слишком мало, чтобы возвращаться, они не могут бросить тех, кто снова и снова должен идти в атаку. За Новую Россию. Во всех смыслах Новую и Великую. За страну, в которой у каждого должно быть и будет великое будущее.

 

ДУБОВОЙ Геннадий 

http://zavtra.ru/

Нравится