Русская Община

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта
Начало Культура В Новопавловске есть казачий филиал ставропольского музея-заповедника им. Г. Прозрителева и Г. Праве

В Новопавловске есть казачий филиал ставропольского музея-заповедника им. Г. Прозрителева и Г. Праве

E-mail Печать

alt

Казаки Терского казачьего войска своей прямой задачей видят сохранение и передачу потомкам богатейшего наследия культуры, оставленного нашими предками. Но основная проблема заключается в том, что, функционируя на территории нескольких субъектов Федерации, терское казачество не имеет возможности проводить скоординированную работу, как это делается на Дону и Кубани. В каждом из северокавказских субъектов приоритеты отдаются сохранению и развитию культур местных титульных наций и народностей, а терское казачество в лучшем случае присутствует везде как один из элементов культурной политики.

 

(Из доклада атамана Терского войскового казачьего общества казачьего генерала В. Бондарева на заседании Совета по делам казачества при Президенте РФ) 

 

Берусь утверждать: вряд ли многим нашим землякам известно, что около двух лет назад в Новопавловске был создан казачий филиал Ставропольского государственного музея-заповедника им. Г. Прозрителева и Г. Праве. Между тем, филиал появился благодаря специальному решению правительства края практически в самый канун создания нового, Северо-Кавказского федерального округа. Символично, не правда ли? И очень своевременно. 

Хотя появление новой музейной структуры и пришлось, казалось бы, не на самый благоприятный период – вскоре после мирового экономического кризиса. Тем не менее краевые власти пошли на такой шаг, продолжив тем самым осуществление важной стратегической задачи – сохранения историко-культурного наследия Ставрополья. Почему это стало возможно, рассказывает Николай Охонько, директор музея-заповедника им. Г. Прозрителева и Г. Праве.  

– Николай Анатольевич, пожалуй, прежде всего следует ввести читателей в тему: где корни самой идеи подобного музея, что стало побудительной причиной инициировать процесс его создания?

- Начать придется издалека. С первых шагов возрождения казачества я вместе с группой единомышленников включился в этот процесс, уже тогда сказав себе: не знаю, что будет с возрождением казачества вообще, но знаю, что у казачества великая история. Им накоплено колоссальное историко-культурное наследие, включающее и опыт гармоничного проживания в условиях Северного Кавказа.

– Изначально главным предназначением казачества была охрана российских территорий и интересов на Кавказе, и хотя в XVIII веке вряд ли подразумевалась межнациональная гармония в нашем современном понимании, однако казаки и вообще русские поселенцы обосновывались здесь жить долго и надежно.

- Так и было. Конечно, они стояли на страже российских интересов. И влившись в жизнь Кавказа, не могли не обрести за прошедшие столетия тот мощный историко-культурный багаж, судьбой которого долгие годы у нас занимались недостаточно. Совсем иное положение у наших соседей. На Кубани и ныне существует казачье население, достаточно компактно проживающее в рамках одного субъекта РФ, имеющее реальную почву для самоидентификации.

– Играет роль традиционная общинность…

- И это тоже. Не случайно там имеется весьма неплохой музей, в который поступают раритеты даже из-за границы. Успешно существует знаменитый Кубанский народный хор. Да и в бытовом отношении фольклор хорошо сохраняется, как и свой говор. И Донское казачество при всей его современной размытости сумело создать великолепный музей истории казачества в городе Новочеркасске, в Старочеркасске – музей-заповедник на землях бывшего Донского войска, ну и, конечно, Шолоховские места в Вешенской. Все это – сохранившееся историко-культурное наследие казачества. И независимо от того, что оно из себя сейчас представляет, любой заинтересованный и даже просто любопытствующий человек имеет возможность c помощью музея окунуться в ту эпоху, почувствовать ту среду, осознать, что это было за время…

Третий некогда компактный представитель казачества на Северном Кавказе – Терское казачье войско. Кстати, до 1920 года оно представляло один из субъектов России, имело конкретную территорию, управление, этническую принадлежность. Центр находился во Владикавказе, были четко обозначены земли, население перед Первой мировой войной – 255 тысяч человек. И даже в переписи 1926 года они писали себя «казаками». Но что произошло затем? Жившие рядом чеченцы, ингуши, кабардинцы, осетины, народы Дагестана сохранили свою субъектность, их народонаселение при всех пережитых потрясениях ХХ века увеличилось втрое и больше, проводится последовательно-четкая государственная политика сохранения и развития историко-культурного наследия.

– Да, у них развиваются свои литература, искусство, театр…

- А терское казачество оказалось «раздробленным» между шестью субъектами: небольшая группа – в Кизлярском районе Дагестана, совсем немного осталось в Чечне, почти нет в Ингушетии, более-менее сохраняется казачество в Осетии и Кабарде. Ну а всего комфортнее казаки чувствуют себя у нас на Ставрополье, ставшем фактически единственной территорией, где осуществляется государственная поддержка именно казачества, в том числе и историко-культурной его части.

Но эта господдержка оказывается, по сути, на общем уровне – всем, и казакам в том числе…

- И да, и нет, поскольку работает еще и краевая целевая программа государственной поддержки казачества. Будучи членом правления Терского казачьего войска, я занимаюсь вопросами сохранения казачьей истории и культуры. И хочу подчеркнуть: данная этносословная группа, накопив богатейшее историко-культурное наследие, до 1917 года имела свой музей, исследователей, изучавших ее историю, уже тогда создавались специальные структуры по сохранению и развитию этого наследия. Впоследствии все это просто исчезло, оказалось распыленным, уничтоженным. Остались буквально крохи. Когда готовилась книга «Терское казачество: история и современность», некоторые материалы были обнаружены в фондах нашего музея-заповедника, немного – в музеях Кавминвод, еще немного – в национальном музее Владикавказа, считающемся правопреемником музея Терской области.

Сам я родился и вырос в казачьих районах Кубани и Карачаево-Черкесии, видел этот народ, жил среди него, знал его особый менталитет, обычаи и многое другое. А начав работать в музее, не раз слышал фразу: Ставрополье – мужицкая губерния. Между тем далеко не так все просто. Вспомним: нынешние восточные районы края входили в территории Терского войска, Кавказские Минеральные Воды – то же самое, западные районы представляли часть кубанского казачества, на Ставрополье проживали и до сих пор проживают потомки Кавказского линейного казачьего вой-ска. Оно существовало до 1860 года, после чего жители десятков населенных пунктов были росчерком чиновного пера переведены из казачьего сословия в крестьянское. В конце 80-х годов ХХ века, начав исследование, мы вдруг увидели, что этой части казачьей истории как бы нет… Тогда бросились ее собирать, ездили в экспедиции по краю. И сейчас в нашей экспозиции «Культура и быт Ставрополья ХVll-ХlХ веков: этническая модель региона» наряду с другими есть и комплекс казачий. Также удалось создать Музей истории казачества при Казачьем центре в Ставрополе, но материалов явно не хватает, и экспозиция в основном составлена на основе личной коллекции потомственного казака Виктора Алексеевича Есаулова, который реликвии своей семьи сохранил и кое-что собрал у других. Существуют небольшие музейчики при школах в ряде станиц, но в целом все по-прежнему бессистемно…

– И тогда появилась та самая идея…

- Она вызревала постепенно, не вдруг. Итогом раздумий и поисков стал проект создания Центра по сохранению и развитию историко-культурного наследия Терского казачества в городе Новопавловске. По целому ряду причин. Первое: географически город занимает очень удачное расположение на карте Северного Кавказа, недалеко (около 60 км) от столицы Северо-Кавказского федерального округа, близко связан с соседними республиками и проживающими в них остатками казачьего населения. И второе, немаловажное для музейщиков обстоятельство: в границах Новопавловска сохранились три удивительных объекта казачьей истории – крепости Павловская и Марьинская и редут в пойме реки Куры. Все эти объекты Азово-Моздокской оборонительной линии – прямые свидетели русской воинской казачьей славы. Остальные бывшие крепости Линии давно утратили исторические черты, связанные с казачеством. Например, в Ставрополе вы видите, что стало с Крепостной горой, Донское, Московское, Северное, Александровское стали обычными селами. А в Марьинской и Павловской никто, кроме казаков, долго не селился, и многие историко-культурные приметы, в том числе археологического, ландшафтного характера, видны даже человеку непосвященному. Мне не раз признавались люди, туда приезжавшие, в том, что они там живо ощущают дыхание реальной истории. Там хорошо просматриваются старые валы, рвы, в целом планировка бывшей крепости. Немного работы историков и археологов – и глазам предстанет живой историко-культурный объект 235-летней давности. А администрация города готова территорию в несколько гектаров земли отдать под этот Центр.

– Они, видимо, тоже заинтересованы в его появлении.

- Конечно! Это же привлекательная перспектива. В основе концепции структуры Центра – ни в коем случае не делать его замкнутым учреждением культуры, а постараться представить абсолютно живое этнопоселение с сопутствующими упомянутыми крепостями и редутом, с недалеко расположенными и еще сохраняющими свой колорит станицами Старопавловской, Марьинской, Зольской, Государственной. Великолепный экскурсионный маршрут, причем реальный и не длинный, а значит, не утомительный для туристов Кавминвод. Сегодня отдыхающие на курортах россияне с удовольствием ездят в Георгиевск, и, думаю, многие захотели бы проехать по нашему станичному пути…

– Ну Георгиевск на слуху еще со школьных уроков истории…

- И он заслуживает такого интереса, безусловно. Но в нем не сохранилось того самого местного казачьего колорита, о котором мы сейчас говорим. Часто, когда требуется показать гостям нашего края настоящий казачий дух, казачье подворье, казачьи традиции, не за что зацепиться, размыто все!

– На нас с вами не обидятся, к примеру, новоалександровские или изобильненские жители, позиционирующие себя потомками казаков?

- Не обидятся. Потому что они в лучшем случае являются носителями нематериального культурного наследия: могут попеть, потанцевать, показать, как выглядело казачье подворье, но все только в сценическом варианте, в фольклорно-драматической форме… А если вновь вспомнить Вешенскую на Дону, там реально воссоздана историческая и живая объемная среда, куда ты можешь попасть и увидеть все ее детали… В таком виде мыслится нам и Новопавловское этнопоселение, где любознательный турист воочию увидит, как станицы оборонялись от врага с помощью валов, рвов, редута, на центральной площади посетят церковь, школу, а в прилегающем жилом квартале познакомятся с традиционной кухней – не только казачьей, но вообще северокавказской. Ведь казаки все впитывали, у них и кухня, и одежда, и оружие, и даже повадки, походка – все имеет яркие заимствования из кавказского мира. Именно здесь можно встретить носителей универсального гармоничного этноса, впитавшего в себя весь колорит Северного Кавказа. Вот мы и хотим показать, что был на altкарте Северного Кавказа такой универсальный этнос, который отлично уживался с горскими, впитывал элементы их культуры и быта, перенимал полезное и передавал новым поколениям.

– В какой стадии сейчас ваша работа, скоро ли может реализоваться туристский маршрут по истории терцев?

- По заказу и на средства Министерства культуры РФ разработана концепция сохранения историко-культурного наследия Северо-Кавказского федерального округа как часть Стратегии развития СКФО до 2020 года. Сейчас она проходит период рассмотрения всеми инстанциями и выработки механизма практической реализации. Среди ее участников – все субъекты СКФО. А среди приоритетов – наиболее ценные историко-культурные объекты, такие как Дербент в Дагестане или Город Мертвых в Осетии… Ставрополье предложило два объекта: крупнейший в Предкавказье памятник Татарское городище – как объект культурно-познавательного туризма – и Центр по сохранению и развитию историко-культурного наследия терского казачества в Новопавловске. Вместе с руководством Терского войска в лице атамана казачьего генерала Василия Бондарева мы вышли с предложением об урегулировании проблемы на заместителя полпреда в СКФО Юрия Олейникова, возглавляющего региональную комиссию по делам казачества. Пока ответа нет, но сделаны первые шаги. Один из важнейших, на мой взгляд, – решение правительства Ставропольского края о создании в Новопавловске нового музея, который с января 2009 года в качестве нашего филиала получил штат сотрудников и соответствующее финансирование. А администрация города передает под этот музей безвозмездно великолепное здание бывшего правления колхоза в самом центре одного из казачьих поселений Новопавловска.

В новом музее подобрался очень хороший коллектив, он уже успешно трудится, собирает в городе и округе по семьям сохранившиеся детали казачьей жизни. А это непросто, если вспомнить годы, когда люди боялись обнаружить у себя в доме даже фотографию дедов с казачьими погонами. Убежден: расказачивание в России самый большой удар нанесло терцам. Я ничуть не преувеличиваю! Первыми подверглись репрессиям в виде депортации именно терцы, к которым имел свои счеты Орджоникидзе, заигрывавший с так называемыми красными горцами.

– А мы ведь почти ничего об этом не знаем или не помним…

- Тогда на Тереке было 70 казачьих станиц, предполагалось выселить 30 из них, правда, успели только 18 тысяч человек отправить на Ставрополье, Урал, в Сибирь. Хаос был такой, что ВЦИК прислал сюда одного из старых большевиков, увидевшего вопиющую несправедливость, – и процесс приостановился. Кстати, в те годы терцы проявили себя истинными государственниками, выступив с лозунгом за единство Российского государства. Не случайно до 70% терского казачества не признавали Советскую власть, представители которой на тот момент просто-напросто развязали руки агрессивно настроенным горцам, а у тех были давние счеты с казаками по земельному вопросу… И когда казаки увидели, что новое государство натравливает на них тех, с кем они уже десятилетиями меряются силами, значительная часть выступила против Советов, потом эмигрировала с первой волной. В период Великой Отечественной войны эта «гражданская война» по-своему продолжилась, в результате произошел еще один исход терского казачества за границу. Поверьте, я вовсе не сгущаю краски, а вполне сознательно обостряю обсуждаемый вопрос, потому что и сегодня у терских казаков вновь непростой период. Пытаясь возродиться, собраться, они опять чувствуют себя не очень-то комфортно в Дагестане, Чечне, Кабарде… Трудно им еще и оттого, что местное руководство далеко не везде повернулось лицом к казачеству…

– Николай Анатольевич, получается, в этой ситуации надо Ставрополью брать в свои руки решение проблемы…

- Действительно, в силу новых исторических обстоятельств Ставрополье стало тем плацдармом, на котором терское казачество может если не возродиться, то хотя бы собрать осколки своего историко-культурного наследия.

– А есть ли они еще, эти «осколки»?

- Знаю по опыту: немало хранят семьи. Помнится, в конце 80-х мы провели несколько экспедиций в станице Галюгаевской и привезли отличные материалы: фотографии, образцы одежды, фрагменты жилищ (там очень красивые деревянные рубленые дома, с оригинальными наличниками). Удалось найти бесценный раритет – фарфоровое пасхальное яйцо, такими императрица одаривала казаков, служивших в лейб-гвардии. Видимо, предок одной из галюгаевских семей на Пасху стоял в охране императорской семьи и получил такой дар. А его потомки бережно хранили царский подарок почти столетие! Значительная часть, конечно, невосполнимо утрачена, но уверен, что многое еще можно и найти. Как, например, случайно обнаруженную необычную кружку, изготовленную казаком из орудийной гильзы в Первую мировую войну на турецком фронте, на ней причудливые, как сейчас бы назвали, «дембельские» надписи… Словом, если терпеливо и долго искать, по таким вот крупицам можно собрать весьма неплохой «урожай».

– Как проходит новый музей-филиал стадию становления?

- В здании оборудованы рабочие кабинеты сотрудников и хранилища, ну а для развертывания экспозиции сначала нужен капитальный ремонт, на который потребуется более 20 млн рублей. Завершается длительная процедура передачи здания из муниципальной собственности в краевую, а нам еще и в оперативное управление. Затем правительство Ставропольского края намечает сделать второй шаг, поддержав дополнительными средствами, это и будет реализацией нашей идеи. Надо сказать, новопавловские коллеги активно работают в обществе, с прессой, разъясняют населению суть своей деятельности, и это находит добрые отзывы… Несомненно, новым мощным толчком всему процессу собирания «осколков» станет долгожданное открытие экспозиции. Так, во Франции мы нашли потомка последнего наказного атамана Терского войска, с ним ведутся переговоры о передаче реликвий, но главное условие – готовность достойно принять и разместить эти материалы в стенах нового музея.

– Работа впереди большая…

- Непочатый край! Мы, естественно, не льстим себя надеждой «переплюнуть» Новочеркасский музей донского казачества, где давно и вовремя успели все «схватить». Но исходим из того, что, если взять и расписаться в малых своих возможностях, тогда и вообще ничего не получится… Нет, надо собрать и сохранить все, что еще можно!

– А тем объектам, которые есть в Новопавловске, пока ничего не угрожает сегодня? Времена ведь непредсказуемые…

- Пока, слава богу, ничего не угрожает. Ходят кое-где черные копатели с металлоискателем. Но когда несколько лет назад там проводили дорогу, предприятие «Наследие» организовало весьма успешные раскопки, собрав подлинные материалы конца XVIII века. Сейчас коллекция хранится в «Наследии», но есть договоренность о том, что в перспективе она будет передана музею казачества. Главное же в том, что в Новопавловске налицо блестящая основа для задуманного нами проекта. Ценнее не бывает! Эти земли обязательно надо музее-фицировать. А последующие формы работы могут быть там самые увлекательные. Например, мы могли бы создать молодежный лагерь, который бы занимался раскопками, реконструированием, за ходом этих работ могли бы наблюдать туристы со стороны…

– Есть где развернуться. Но ситуация явно непростая, а потому хочется спросить: на кого надежда?

- На министерства культуры края и России и, конечно, правительство в целом. Понимание есть в органах власти, есть согласие властей Новопавловска. Осталось делу дать практический нормативно-правовой ход. Думаю, можно наделить наш музей полномочиями для самостоятельного проведения этих процедур, что ускорило бы решение. Мы ведь имеем такой опыт – вспомним решение судьбы территории близ Татарского городища.

– В Новопавловске тоже предполагается аналогичная форма – музея-заповедника?

- Да, принцип тот же. Видите ли, в современном динамичном мире сам по себе музей – довольно скучная вещь. А здесь человек пройдет по объектам, побудет в этнодеревне, узнает ее историю, а еще увидит мир живой природы, легендарную реку Куру, проедет по ближайшим станицам… Лучшего патриотического воспитания не придумаешь.

– И как это оживляет саму музейную работу! Недаром столько стран буквально живут туризмом, имеют от него огромные доходы.

- Разумеется, надо быть реалистом, а не фантазером. Мне довелось наблюдать научно-познавательные туры на Ближнем Востоке – в Иордании, Ливане, Сирии, Турции, Иране, где многие памятники древности органично введены в сферу культурного туризма. Например, в Турции: видишь остатки крепости на горе и небольшой вагончик для персонала, все в окружении естественной природы. Турист может просто осмотреть объект, а может и поучаствовать в раскопках. И интересно всем, и крепость эту старинную никто не разбирает… Такая модель музея очень перспективная. Правда, наше население и некоторые представители власти еще живут стереотипами. Помнится, по поводу уникального Татарского городища лет 20 назад один чиновник меня всерьез спрашивал: «А что оно нам дает?». Но вот уже город подступает, и очень скоро все эти земли кому-то понадобятся, но теперь это уже заповедная земля. Наша музейная задача – просто для начала все сохранить. И мы эту задачу выполнили: территория под присмотром, великолепно сохранился памятник археологии, и уже пришло его время «работать».

– Возвращаясь к Новопавловскому казачьему центру: у читателя сразу возникает вопрос: а что дальше? Как будет идти развитие новых музейных форм?

- Пока трудно сказать, когда и как представленная нами концепция будет рассмотрена на уровне Министерства культуры России, оно должно ее официально утвердить, довести до каждого субъекта. Строится все на условиях софинансирования, и когда власти края увидят реальные федеральные суммы на реализацию, они свою долю, уверен, обязательно изыщут и тоже вложат. Наши проблемы известны и полпреду президента в СКФО А. Хлопонину, он нас поддержал. На нынешний кисловодский форум «Инвестиции в человека» тоже были приглашены музейщики и представители власти, отвечающие за историко-культурное наследие в СКФО. Встреча прошла замечательно, конструктивно. Все увидели полную картину наших общих возможностей: какие могут действовать проекты и какие финансы на них просматриваются – словом, поддержка и понимание есть и на уровне округа. Так что ждем. И верим, что дождемся, и готовы работать, потому что знаем: основанный в Новопавловске казачий музей-филиал хорошо вписывается в культурную политику Северо-Кавказского региона.

 

 

По материалам stapravda.ru

 
Loading...

Друзья сайта

Всеправославная социальная сеть

Молодёжный сайт

Баннер ОКВ СкР

Интернет-магазин ДЕЛОКРАТ

Православные МО

Мы в сети

[info]rusobschina в Живом Журнале

Наша группа ВКонтакте


ВЫЖИВАЕМ

Русский образ

Паломническ...
Image Detail
4722n
Image Detail
Пощупово
Image Detail
1597
Image Detail
Адмирал Кол...
Image Detail

Яндекс цитирования