Русская Община

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта
Начало Публикации После нас хоть лес не расти…

После нас хоть лес не расти…

E-mail Печать

alt

Жители экопоселений требуют возвратить им в пользование бывшие колхозные, а по их терминологии - социальные леса, те, что расположены близ сел и деревень и без которых немыслима жизнь сельской общины
 
Экопоселенцы деревни Гришино Подпорожского района Ленинградской области и калужского экопоселения «Ковчег» добились права самостоятельно использовать окружающий лес, и предлагают перенести их опыт на всю Россию и даже ввести категорию «социальный лес» в Лесной кодекс. Такие леса, по их мнению, должны появиться в первую очередь в регионах, где живут коренные малочисленные народы, жизнедеятельность которых неразрывно связана с лесными угодьями. То же касается и сельских сообществ, ведущих традиционный уклад (натуральное хозяйство), в частностистароверов. Ну и, разумеется, экопоселенцев
 
Спору нет, давно пора вернуть населению лес, который у него был отобран с принятием нового Лесного кодекса
 
Но сам вопрос о лесопользовании, а особенно его история подается экопоселенцами с такими идеологическими наслоениями, так тенденциозно, что требует серьезного переосмысления
 
Во-первых, в дореформенной России лес никогда не воспринимался складом бревен, как это пытаются представить строители новых русских деревень. Он был даже большим народным достоянием, чем нынешний «Газпром». Потому как не только обогревал и кормил деревню, не только давал работу лесоперерабатывающему производству, строительному комплексу, но и приносил валюту в казну государства. У леса в ту пору был один хозяинлесхоз. Санитарные вырубки, то есть спил перестоявших, больных, сорных деревьев, насаждение новых участков, противопожарные полосы, водоемы – все это было в его ведении. На страже лесных массивов стояла целая армия профессиональных лесоустроителейинженеров, инспекторов, лесничих, лесников. Леспромхозы, занимавшиеся промышленной вырубкой леса, играли по их правилам
 
Впрочем, правила эти касались всех. Мы с отцом, помню, в те годы заготавливали для себя в деревне на зиму дрова. Так вот, без разрешительной бумаги тогда в лес – ни ногой. Но и получив бумагу, идешь не куда попадя, а в то место, которое укажет лесник и которое определено для санитарной вырубки. Нравится тебе это место или нет, хороший там подъезд или только вездеход пройдет, пили, и все. Потом делянку должен сдать леснику. Он проверит, соответствуют ли нормативам пеньки, сложены ли в кучу ветки, а уж после этого выпишет подорожную, по которой ты беспрепятственно можешь провести дрова от леса до дома. Да, можно было договориться с лесником, чтобы выделил тебе место получше и поближе к дороге. Были и браконьеры, но не в таком количестве, как в пореформенное время. Боялись люди. За машину левых дров можно было попасть под статью Уголовного кодекса и получить реальный срок. А уж о том, чтобы продать бревна на сторону, и речи быть не могло. Без соответствующих документов никто бы у тебя его не взял, потому как тоже светила статья и срок, в лучшем случае - потеря должности
 
Беспредел начался в лихие девяностые и приходится на пик дачного строительства, когда торговля древесиной по доходности сравнялась с торговлей наркотиками, и в лес повалил криминальный люд. 
 
Первыми разрабатывать зеленый клондайк начали уголовные авторитеты. Когда одного из работников лесоохраны достали телефонными угрозами, а милиция призналась в своем бессилии, телефонное хулиганство сумел прекратить именно такой авторитет. Криминал скупал у деревенского люда порубочные билеты, которые выдавались под заготовку дров или строительство надворных построек. Билеты были разовыми, но действовали в течение года, и по ним можно было валить леса сколь угодно. Следом за уголовниками пошли московские «братки», местная шпана, сколотившая первоначальные капиталы на торговле разведенным спиртом и самогоном, потом все кому не лень: от пронырливых иностранцев до милицейских жен. 
 
Это была настоящая война. Между теми, кто стоял на страже зеленого богатства страны, и теми, кто хотел быстро обогатиться. Война не на жизнь, а на смерть, исход которой, был, увы, предопределен
 
Вот лишь несколько примеров из боевых сводок того времени по одной Владимирской области
 
В Курловском лесничестве Гусевского района расстреляли семью лесника. Злоумышленник заявился к нему, когда тот был в лесу, убил жену и двоих внучек, а избу подпалил
 
В одну из ночей запылал дом заслуженного лесовода России лесничего Валентины Смирновой из Андреевского лесничества Судогодского района. Дверь снаружи была подперта, поэтому выпрыгивали они с мужем из окон, не успев ни вещи из дома прихватить, ни скотину со двора вывести,. В чем спали - в том и остались. Даже документы сгорели
 
Другой лесничий этого же лесничества - тоже, кстати, заслуженный - Юрий Гусев был оклеветан и по подозрению во взяточничестве арестован, несколько суток просидел в следственном изоляторе
 
Дотла спалили дачу начальника отдела государственного контроля областного управления лесами Майи Ифановой, а саму ее избили в подъезде собственного дома
 
Работникам лесной охраны было настоятельно не рекомендовано ходить по лесосекам и делянкам в одиночку
 
А по ночам в чащах и дубравах трещали бензопилы, звенели топоры, тишину спящих деревень распугивали тяжелые «Уралы» и «КамАЗы», груженые ворованным лесом
 
Знало ли об этом политическое руководство страны? Да, знало. Но Гайдару, Ельцину, Чубайсу срочно требовалось создать класс собственников. Любой ценой
 
Действовали как в «приснопамятном» 1917-м. Ценой жизни и здоровья людей, ценой его самого исконного богатства - русского леса. Один за другим умирали порожденные социалистической экономикой леспромхозы. Рядом с ними вырастали новые, в большинстве своем криминальные коммерческие структуры, зато вооруженные новейшим оборудованием и высокопроходимой техникой. Шел передел леса. И тогдашнее правительство своими решениями лишь ускоряло этот процесс
 
1 января 1998 года был принят новый уголовный кодекс, упразднивший такую меру наказания за лесное браконьерство, как лишение свободы. Чтобы завести уголовное дело, теперь требовалось, чтобы преступник срубил деревьев в особо охраняемой зоне более 560 кубометров. Это аж 30 машин
 
Оттуда и берет начало нынешняя вакханалия. Вывезти можно было что угодно, сколько угодно и откуда угодно. Вывозимый лес оформлялся на подставных людей - всякий раз разных. Пеньки летом засыпали землей, зимой на морозе заливали водой. Чтобы невозможно было провести экспертизу, комли бревен с обеих сторон опиливали. В Селивановском районе Владимирской области браконьер нанимал пилить деревья деревенских ребятишек, они же таскали ночью сучья в овраг. Лесники Спировского района Тверской области, получив информацию о том, что на одном из участков уроженец Кавказа ночью собирается вывезти ворованный лес в Петербург, проклеймили торцы бревен с обеих сторон и спрятались в засаде
 
Но схваченный за руку преступник не только не был осужден, а напротив, лесников заставали перед ним еще и извиняться. Для этого тому достаточно было сказать, что лес он сам не пилил, а купил у случайных прохожих
 
Но была еще одна категория лесов. Они назывались колхозными и принадлежали сельхозкооперативам. Нынешние экопоселенцы, ратуя за социальные леса, кивают именно на них, идеализируя их до лубочной картинки. Дескать, в этих лесах местные жители водили хороводы, с песнями и плясками собирали грибы, ягоды и целебные травы, косили траву, пасли скот и рубили дрова. Ну, допустим, хороводы водить в советской деревне было некогда. Скот пасли на лугах. Сенода, косили, но по ночам, тайком и в ту пору, когда выпасов не давали и сенокосных угодий не нарезали. Скосят, вывезут и во дворах тайком же сушат. А дроваверно, рубили. Все кому не лень. Договориться с председателем колхоза можно было за несколько бутылок водки
 
В той же Владимирской области из полутора миллионов гектаров лесоугодий 430 тысяч принадлежали сельхозформированиям, то есть бывшим колхозам и совхозам. Это 26-28 процентов. У них была своя структура, созданная и финансируемая не Минлесхозом, а Министерством сельхозпродуктов. Председатели колхозов, начальники сельхозуправлений, являясь по совместительству еще и лесоустроителями, получали за это вторую зарплату, однако лесоустройством не занимались, а лишь выписывали налево и направо лесорубочные билеты. Управления лесами попытались доказать, что структуры эти незаконны и билеты недействительны, но даже высший арбитражный суд их не поддержал, суды проиграли не только Владимирская область, но и Ленинград, и Карелия. Остальные плюнули: делайте что хотите
 
В 1997 году постановлением правительства леса, находящиеся на территории колхозов и совхозов, передали им в бесплатное и безвозмездное пользование. Провели ревизию, которая не проводилась десятилетия. Была оформлена документация, которой испокон веков не было. А вот договорные документы руководители сельхозпредприятий подписывать отказались. Зачем? Ведь это предполагало ответственность не только за лесоустройство, но и за браконьерство, которое с их ведома и при их участии приняло невиданные размеры. Лесами же они и без всяких бумаг пользовались безвозмездно и бесплатно.
 
И еще одна проблема, которая перетекла к нам из дореформенного периода, а в наше время лишь обострилась до предела. Даже в годы полного всевластия лесхозов и леспромхозов расчетная лесосека в России осваивалась лишь на 20 процентов от планируемого
 
Остальные 80 процентов перестаивали, пропадали. Это как хлеб: опоздал с жатвой - несешь потери. Мне говорили в 90-х годах: даже если из 1 миллиона 600 тысяч кубов леса, предназначенного на свал, украли 8 тысяч кубометров, это не проблема для страны. Но беда, что эти 80 процентов берут не там, где можно, а ближе к дорогам, подъездным путям, портам, границам. В местах труднодоступных он как стоял, так и стоит. А теперь и подавно лес берется лишь близ городов, сел, деревень, вдоль дорог, не щадят даже природоохранные зоны. В глубине лесов деревья умирают сами. Вкладываться в то, чтобы проложить туда дороги, никто не хочет. Действуют по принципу: после нас хоть трава не расти. И не растет. Вот это должно тревожить: что мы оставим следующим поколениям
 
Окончательный передел леса произошел с принятием нового Лесного кодекса. Лес стали сдавать в аренду оптом и в розницу на конкурсной основе, угодья на десятки лет доставались тому, кто больше заплатит.
 
Или откатит. Причем арендаторы не связывали себя никакими обязательствами по отношению к арендуемым участкам. Леса безжалостно вырубались, захламлялись, вырубленные делянки не расчищались, не засевались молодняком, зарастая постепенно сорными деревьями. Как и противопожарные полосы. Все это послужило одной из причин массовых лесных пожаров жарким летом 2010 года, когда вместе с лесом горели целые деревни. 
 
Крупные арендаторы вытеснили из леса и малый бизнес. Стали закрываться небольшие пилорамы, кормившие после развала колхозов и совхозов хоть какую-то часть деревенского люда. Крестьянам, как во времена помещичьего землепользования, запретили ходить в лес и заготавливать дрова себе на зиму. 
 
Характерно, что идею вернуть деревне лес выдвинули не депутаты сельских поселений или муниципальных образований, а экопоселенцы. То есть не люди, порожденные самой провинцией, а люди, пришедшие переделывать эту провинцию под себя. В их генах нет крестьянского смирения. Но знания вопроса, его истории вопроса тоже нет. Иван Кулясов, один из инициаторов проекта, предлагает внести термин «социальные леса» пока только в декларативном правительственном документе «Экологическая политика Российской Федерации». А дальше что? Ведь лес, как его не назови – социальный, общинный, колхозный – должен кем-то управляться. Для этого нужны не просто люди, а люди знающие. Целый штат таких работников. Что требует денег. И денег немалых. Которых нет сегодня ни у экопоселенческих общин, ни у сельских поселений, ни у муниципальных образований. Необходимо вносить поправки в Лесной кодекс, другие законодательные документы. Кто их будет вносить? Пока экологами предлагается модель лесного попечительского совета. Однако детально вопросом еще никто не занимался. 
 
А тем временем лес рубят, щепки летят... 
 
 
Александр Калинин
 
По материалам издания Столетие.ру
 
Loading...

ВЫЖИВАЕМ

Русский образ

Хоровод
Image Detail
Дивеевские ...
Image Detail
hh
Image Detail
Военный пла...
Image Detail
Рождественн...
Image Detail

Яндекс цитирования